Когда WTI за сутки взлетела примерно с $96 до более чем $102 за баррель, а Brent пробила отметку $107, первая реакция — подумать о ценах на заправках. Но настоящий удар на этот раз приходит с другой стороны: через облигации и ставки, которые определяют стоимость ипотек, автокредитов и бизнес-кредитов по всему миру.
Механизм прост и в то же время неприятен. Дорогая нефть тянет за собой дорогие перевозки, производство и энергию — а следовательно, и цены на товары. В США это уже видно: индекс цен производителей вырос на 5,4% вместо ожидаемых 5,2%. Для Федеральной резервной системы это сигнал, что инфляция еще не приручена.
Ставки вместо снижения могут пойти вверх
Трамп последовательно давит на ФРС, требуя снижения ставок, чтобы удешевить кредиты накануне избирательных циклов. Но рынки теперь закладывают противоположный сценарий: если нефть продолжит дорожать, а инфляция ускоряться, регулятору придется удерживать или даже повышать ставку.
Наиболее заметный индикатор этого сдвига — доходность 30-летних государственных облигаций США, которая превысила 5,3%. Это самый высокий уровень с 2001 года, и именно на эту доходность ориентируются банки, устанавливая ставки по долгосрочным ипотечным кредитам.
Рынки отреагировали на взаимные атаки США и Ирана на корабли в Персидском заливе и на заявления Трампа, которые не дали инвесторам оснований ожидать быстрого завершения противостояния.
То есть обычный американец, который планировал рефинансировать ипотеку в ожидании дешевых денег, может получить противоположный результат — и все из-за событий за тысячи километров от Вашингтона.
Баб-эль-Мандеб как второй фронт давления
Параллельно поддерживаемые Ираном хусити продвигаются на юго-западе Йемена, приближаясь к Баб-эль-мандебскому проливу — через него проходит более 10% мирового грузопотока. Захват хусити Мокхи уже трактуют как прямой сигнал угрозы для энергетических маршрутов, по которым нефть и газ везут из Персидского залива в Европу и Азию.
Если контроль над проливом или прилегающими водами станет предметом еще более жесткого противостояния, страховые премии для танкеров и стоимость альтернативных маршрутов вокруг Африки возрастут — а это дополнительный инфляционный импульс, который наложится на уже имеющийся.
Вопрос теперь не в том, подорожает ли бензин на заправке — это уже произошло. Вопрос в том, выдержит ли ФРС политическое давление и не придется ли в ближайшее время рефинансировать долги по ставкам, более высоким, чем ожидали еще месяц назад.
