За кулисами: что происходит
Financial Times со ссылкой на информированные источники пишет, что ряд европейских столиц, в частности Франция и, вероятно, Италия, начали непубличные переговоры с Тегераном о безопасном проходе судов через Ормузский пролив. Цель — возобновить экспорт нефти и газа без расширения конфликта после ударов США и Израиля по Ирану, начавшихся 28 февраля 2026 года.
Переговоры пока находятся на стадии предварительных консультаций и, как отмечают источники FT, нет никаких гарантий их успеха — в частности из‑за нежелания европейских флотов брать на себя риск эскалации при сопровождении танкеров.
"Нет никаких гарантий, что переговоры продвинутся, или что Иран готов договариваться по этому вопросу."
— Двое чиновников, осведомлённых о переговорах
Почему это важно для Украины
По данным Международного энергетического агентства, через Ормузский пролив в 2025 году в среднем проходило около 20 млн баррелей в день — примерно 25% мировой морской торговли нефтью. Альтернативные маршруты доставки ограничены, поэтому перебои морских поставок быстро отражаются на мировых ценах и логистических расходах.
В Украине уже видны последствия: рост цен на топливо и дополнительное давление на инфляцию, о чём писал LIGA.net. Для бизнеса и домохозяйств это означает краткосрочные расходы, а для госбюджета — риски роста тарифной нагрузки и потребность в макроподдержке.
Риски и сценарии
Существует несколько реалистичных сценариев: от временного соглашения с Тегераном, которое снизит премию за риск на рынках, до долгой блокады и дальнейшего роста цен. Европейские флотилии, в частности корабли Франции, Италии и Греции в Красном море, готовы действовать осторожно из‑за риска эскалации, а это ограничивает оперативные варианты решения проблемы.
Для Украины важно, чтобы европейские инициативы сопровождались: дипломатической координацией, диверсификацией поставок и механизмами финансовой поддержки для стабилизации рынка топлива в случае очередных скачков цен.
Что дальше
Пока переговоры проходят непублично, ключевой вопрос — превратятся ли эти контакты в механизм, который снизит риски для судоходства, или же останутся элементом дипломатических манёвров. Для Украины последствия этих решений — не абстрактная геополитика, а реальные деньги в кошельках и возможность планировать восстановление экономики во время войны.
Вопросы для партнёров: хватит ли европейского единства и ресурсов, чтобы вывести глобальный энергорынок из этого риск‑вакуума, и какая роль Украины в координации таких шагов?
