Что произошло
Кабинет Министров аннулировал специальные разрешения на три месторождения, которые принадлежали попавшему под санкции бизнесмену Дмитрию Фирташу. Речь идет о лицензиях на разработку Малышевского месторождения циркон-рутил-ильменитсодержащих песков (Мотроновский ГЗК) в Днепропетровской области и двух месторождений титановой руды (ильменита) в Житомирской области — Валки-Гацковское и Межиречное.
Зачем это важно
Правительство внесло эти участки в перечень недр, доступных через прозрачные электронные аукционы. Это открывает путь к тому, чтобы право на добычу получили инвесторы, не связанные с санкционными схемами — при конкурентных и открытых условиях. Для государства вопрос охватывает и безопасность, и рабочие места, и пополнение инвестиционного фонда восстановления.
"Это открывает возможность для привлечения добросовестных инвесторов и развития добычи на конкурентных и открытых условиях. Следующий этап — ожидаем инициативы от бизнеса по получению права пользования этими недрами через механизм открытых аукционов"
— Юлия Свириденко, премьер-министрка Украины
Контекст и последствия
Параллельно Государственная служба геологии и недр проводит проверку так называемых «спящих» разрешений на пользование стратегическими полезными ископаемыми — в рамках проверки фигурируют 38 лицензий. Это часть системной работы по очищению сектора и повышению привлекательности для долгосрочных инвесторов.
Американо-украинский инвестиционный фонд восстановления (АУИФ), созданный в рамках соглашения о недрах, уже получил 59 инвестиционных заявок, из которых 22 проекта прошли первичную оценку. Это демонстрирует существующий спрос инвесторов на проекты в секторе.
"Стратегические полезные ископаемые — это ресурс экономического развития и безопасности государства. Они должны работать на Украину: создавать рабочие места, привлекать инвестиции и развиваться через честную конкуренцию и прозрачные правила для бизнеса"
— Юлия Свириденко, премьер-министрка України
Что дальше
Следующие шаги — проведение открытых аукционов и обеспечение их прозрачности. Риски остаются: возможны судебные оспаривания, попытки вернуть контроль через косвенные связи, а также необходимость подготовки инфраструктуры для безопасной добычи. Тем не менее, если аукционы пройдут честно, государство получит доходы, инвестиции и рабочие места — и фонду восстановления поступят дополнительные ресурсы.
Теперь ход за Госгеонедрами, инвесторами и контролирующими органами: превратятся ли эти решения в конкретные, прозрачные торги, и начнут ли недра работать на общественный результат?
