Президент США Дональд Трамп планирует поднять вопрос о покупке Китаем иранской нефти во время ближайшего разговора с лидером КНР Си Цзиньпином. Об этом сообщил торговый представитель США Джеймсон Грир, добавив жесткую формулировку: каждый, кто покупает иранскую нефть, финансирует терроризм со стороны Тегерана.
Это не риторика ради риторики. Китай является крупнейшим покупателем иранской нефти — по различным оценкам, он поглощает более 80% иранского нефтяного экспорта. Без этого спроса санкционное давление США на Иран теряет большую часть своего экономического эффекта: Тегеран получает валюту, которая идет в том числе на финансирование ХАМАС, «Хезболлы» и хуситов.
Конфликт интересов — не скрытый
Проблема в том, что Вашингтон ведет с Пекином параллельные переговоры о снижении пошлин после торговой эскалации весной 2025 года. Давление на Китай через Иран противоречит логике поиска компромисса в торговле — и Пекин это понимает. Китайская сторона традиционно отвергает санкционную риторику США в отношении третьих стран как «одностороннее принудительное применение американского законодательства».
Администрация Трампа пытается разрешить это противоречие через концепцию «максимального давления» на Иран — то есть выжать Тегеран до полной изоляции, заставив всех партнеров выбирать между иранской нефтью и доступом на американский рынок. Но этот выбор Китай уже фактически игнорирует годами — покупая нефть через посредников и теневые схемы расчетов.
Что стоит за словами Грира
Заявление торгового представителя — сигнал того, что Вашингтон хочет зафиксировать иранский вопрос в повестке дня переговоров с Си. Но фиксация в повестке дня и реальное давление — разные вещи. США ввели санкции против нескольких китайских посредников, торгующих иранской нефтью, однако системно не карали крупные китайские государственные структуры, опасаясь эскалации торговой войны.
Если Трамп действительно поднимет этот вопрос с Си — и не получит никаких уступок — администрация окажется перед выбором: либо усилить давление и рискнуть торговыми переговорами, либо отступить и признать, что «максимальное давление» имеет границу там, где начинается Китай.
Готовы ли США ввести вторичные санкции против крупных китайских государственных компаний за покупку иранской нефти — или разговор с Си останется сигналом без последствий?
