Еще в начале 2026 года казалось, что Украина нашла формулу асимметричного преимущества: дальнобойные дроны, бьющие по нефтеперерабатывающим заводам и военным объектам в глубоком тылу РФ, и беспилотники средней дальности, контролирующие тактическую глубину до 300 километров. Но уже к середине года это преимущество начало стремительно сокращаться — и причина не в том, что украинские инженеры что-то упустили.
Директор Центра исследований армии, конверсии и разоружения Валентин Бадрак в тексте для LIGA.net объясняет механизм проще, чем кажется: Россия не конкурирует в изобретении, она конкурирует в копировании и тиражировании. И в этой игре у нее есть структурное преимущество — размер промышленности.
Копия, которая масштабируется быстрее оригинала
В ноябре 2025-го РФ создала войска беспилотных систем — по словам Бадрака, "фактически по калке Украины". В июле 2026-го появилась 50-я бригада БпЛА "Варяг", которую уже сравнивают с украинским "Рубиконом". Параллельно действуют подразделения "Дельта" и "Эскадрон".
Это не история о технологическом прорыве противника. Это история о том, что институциональную модель — отдельные войска дронов, специализированные бригады, координацию разработки и применения — можно скопировать за несколько месяцев, если есть ресурс бросить на это государственные заказы. Россия планирует произвести более 15 миллионов дронов и боеприпасов к ним в 2026 году. Это число само по себе объясняет, почему "кто первый придумал" перестает быть решающим фактором.
Где Украина все еще держит преимущество
Паритет или преимущество сохраняется не везде одинаково. На линии соприкосновения от 0 до 50 километров — там, где в ход идут оптоволоконные дроны — стороны примерно выровнялись, но украинские подразделения эффективнее в применении дронов-перехватчиков и бомберов. Это более узкое, тактическое преимущество, которое зависит от подготовленности конкретных экипажей, а не от индустриальной массы.
Проблема в том, что такое преимущество хрупко: оно держится на людях и опыте, а не на количестве единиц техники, которое можно наращивать независимо от качества подготовки операторов.
Куда движутся россияне
Бадрак выделяет два направления, куда РФ вкладывает усилия наиболее систематично: рои дронов-камикадзе с искусственным интеллектом, способные действовать без постоянного оператора, и увеличение дальности ударов за счет носителей дронов — то есть платформ, которые доставляют БпЛА ближе к цели перед запуском. Отдельно идет совершенствование "Шахедов", которые учатся самостоятельно обходить системы ПВО — это уже не о количестве, а о способности отдельного боеприпаса "думать" в полете.
"РФ копирует украинские решения, однако они масштабируются быстрее", — заметил Бадрак.
Практический вывод
Главный риск здесь не в том, что Украина отстает технологически — а в том, что преимущество в изобретении без способности быстро тиражировать решения в промышленных масштабах имеет ограниченный срок действия. Если Россия способна за полгода скопировать организационную модель и нарастить производство до миллионов единиц в год, то вопрос для Украины звучит не "что еще изобрести", а сможет ли она перестроить оборонную промышленность так, чтобы скорость внедрения новых решений в серию не уступала скорости копирования противника.
