Представьте, что вы арендуете квартиру, а налоговая вдруг говорит: платите так, как будто вы покупаете право пользоваться чужим изобретением. Примерно так украинские авиакомпании описывают ситуацию с лизингом самолетов, который Бюро экономической безопасности решило приравнять к роялти — платежам за интеллектуальную собственность.
Разница не терминологическая, а финансовая: трактовка лизинга как роялти дает основания начислять 15% налога на доход нерезидентов на каждый платеж за аренду воздушного судна. Для отрасли, которая и так работает на грани рентабельности, это может означать миллионы гривень дополнительных обязательств — задним числом.
Откуда взялась идея с "самолетом-патентом"
Логику БЕБ можно проследить до статьи 2024 года, которую опубликовала предыдущая команда Государственной налоговой службы. В ней предложили облагать налогом лизинговые операции с транспортом у нерезидентов как роялти. Следователи, по словам юристов отрасли, взяли эту идею и построили на ней уголовные дела, которые текстуально "похожи друг на друга, словно написаны под копирку".
Результат — открытые производства как минимум против пяти перевозчиков, среди которых МАУ, "Авиакомпания Константа", "Урга", Н3Operations и "Скайлайн экспресс". В БЕБ самолет или вертолет в этой логике перестает быть транспортным средством и становится просто "оборудованием" — категорией, которую проще подвести под роялти.
Что говорит закон и почему конвенции важнее внутренней методички
Юристы указывают на прямое противоречие: международные конвенции об избежании двойного налогообложения, которые Украина ратифицировала, не предусматривают возможности трактовать авиализинг как роялти. А статья 3 Налогового кодекса прямо устанавливает приоритет международного договора над национальными нормами, если они расходятся.
В Минфине на запрос УНН ответили осторожно, подтвердив: налогообложение должно происходить в соответствии с Налоговым кодексом и международными договорами. Это формально нейтральный ответ, но он фактически оставляет место для двух противоположных интерпретаций — именно то место, в котором сейчас и разворачивается спор.
Показательна еще одна деталь: по данным ДПС, авиакомпании уже проходили налоговые проверки, и нарушения при налогообложении лизинга зафиксировали лишь в одном случае из нескольких. Остальные проверки никаких нарушений не выявили — то есть фискальный орган сам не имеет единой позиции внутри системы.
Авиационный бизнес требует правовой определенности и понятных правил работы, чтобы иметь возможность планировать свою деятельность
Это слова председателя юридического комитета Аэрокосмической ассоциации Украины Руслана Мельниченко, который участвовал в первом заседании налогового комитета Общественного совета при Минфине. По его оценке, сам факт того, что представители Минфина, экспертов и бизнеса сели за один стол, — уже позитивный сдвиг после длительного молчания государства.
Рабочая группа есть. Вопрос — будет ли результат до новых уголовных дел
По итогам заседания решено создать при Минфине рабочую группу, которая должна подготовить проект обобщающей налоговой консультации — документа, который должен был бы раз и навсегда снять разногласия в трактовке лизинговых платежей. Именно такого объяснения и ждет отрасль, подчеркивая, что диалог ради диалога ей не нужен.
При этом БЕБ отказалось объяснить редакции УНН, на каких основаниях строится трактовка лизинга как роялти. Это оставляет открытым ключевой вопрос: означает ли создание рабочей группы реальную паузу в уголовном преследовании, или следственные действия против авиакомпаний продолжатся параллельно с тем, как чиновники обсуждают формулировки объяснения.
Если обобщающая консультация появится в ближайшие недели и однозначно исключит трактовку авиализинга как роялти, пять открытых уголовных дел потеряют свою правовую основу. Если же процесс затянется, отрасль окажется в ситуации, когда государство одновременно ведет диалог о правилах и преследует за их несоблюдение — хотя сами правила еще не сформулированы.
