7 апреля 2026 года нидерландская группа ING объявила о расторжении сделки по продаже ING Bank (Eurasia) компании «Глобал Девелопмент». Сделку подписали еще 28 января 2025 года — и более года она оставалась в подвешенном состоянии, пока покупатель не смог собрать необходимые нормативные разрешения.
Год ожидания — и нуль результата
Сделку планировали закрыть в третьем квартале 2025 года. Вместо этого ING зафиксирует убыток: по официальному пресс-релизу группы, финансовый удар составит около €0,8 млрд после налогообложения — примерно €0,5 млрд балансового убытка и еще €0,3 млрд от переоценки валютной позиции.
«Наша позиция неизменна: мы не видим будущего для ING в России и остаемся сосредоточенными на завершении деятельности на российском рынке»
— официальное заявление ING
Банк отмечает, что рассматривает альтернативные сценарии выхода с сопоставимым финансовым влиянием. Офшорная экспозиция ING перед российскими клиентами за 2022–2025 годы сократилась почти на 90% — до €0,6 млрд.
Кремль как молчаливый вето-игрок
Формально Россия не запретила сделку — она просто не давала разрешения. Это более тонкая, но эффективная форма контроля: иностранный банк не может ни продать актив, ни быстро его ликвидировать. Схожую динамику пережил и Citibank — по данным KSE Institute, его российская «дочка» начала финальный этап выхода лишь в ноябре 2025 года, с планируемой продажей группе «Ренессанс Капитал» в первой половине 2026-го.
В то же время Россия параллельно практикует прямую конфискацию: в начале 2026 года активы датской Rockwool и польско-американского CanPack были переданы под российский контроль решениями государственных органов.
13% за три года — и темп падает
Кейс ING вписывается в более широкую картину, которую фиксирует Киевская школа экономики. По данным KSE Institute, по состоянию на январь 2026 года лишь 547 международных компаний — или 12,8% от тех, что работали в России до полномасштабного вторжения, — полностью покинули рынок. Еще более 55% продолжают работать, остальные заявляют о приостановке или намерениях уходить.
В 2025 году Россию покинули по крайней мере 80 компаний — в среднем 20 на квартал. Это заметно меньше, чем в пиковые 2022–2023 годы. С того времени иностранный бизнес заплатил в российский бюджет десятки миллиардов долларов: только за 2023 год — примерно $21,6 млрд налогов.
- 547 компаний полностью вышли из России с февраля 2022 года
- Более 2 200 продолжают там работать
- €0,8 млрд — ожидаемый убыток ING от неудавшейся продажи
- ~90% — сокращение офшорной экспозиции ING перед РФ за три года
Для ING следующий шаг зависит от того, согласится ли Кремль на какого-либо другого покупателя — или разрешит ликвидацию на условиях, которые не превратят выход в конфискацию с компенсацией в рублях по курсу ЦБ РФ. Если Москва продолжит блокировать сделки молчаливым вето, вопрос звучит прямо: может ли какой-либо крупный западный банк выйти из России без того, чтобы Кремль сам не решил — кому, когда и за сколько.
