О сделке
По данным Bloomberg, Revolut ведёт переговоры о приобретении турецкого цифрового банка FUPS. Источники издания, знакомые с ходом переговоров, добавляют, что окончательных решений ещё нет, а сделка потребует одобрения турецкого регулятора BDDK.
FUPS получил лицензию в 2022 году со уставным капиталом 1,5 млрд лир (примерно $81 млн на тот момент) и позиционирует себя как цифровой банк с фокусом на финтех‑услуги. Revolut в ответ на запросы журналистов отказывается от комментариев.
“Компания не комментирует рыночные слухи или спекуляции.”
— представитель Revolut
Зачем Турция
Логика шага понятна: Турция — большой и цифрово компетентный рынок, где конкуренция между банками и финтехами высока, но многие продукты всё ещё привязаны к физическим отделениям. Как отмечает эксперт Bloomberg Intelligence, это даёт Revolut шанс быстрее масштабировать услуги через уже имеющуюся лицензионную инфраструктуру.
“Потенциальный выход Revolut на рынок Турции имеет стратегический смысл, поскольку обостряет конкуренцию на рынке, где существующие операторы уже имеют цифровой опыт, но всё ещё зависят от сети филиалов.”
— Томаш Ньотцель, старший отраслевой аналитик Bloomberg Intelligence
Что это означает для Украины
Revolut насчитывает около 70 млн пользователей и в ноябре получил оценку в $75 млрд. В то же время компания сообщила, что вынуждена закрыть счета украинских клиентов с 22 февраля 2026 года. Для украинцев это — потеря одного из популярных цифровых инструментов; для рынка — сигнал, что иностранные игроки могут переформатировать присутствие под давлением регуляторных, операционных или стратегических соображений.
Национальный банк подчеркнул, что Украина открыта для иностранных финансовых игроков, но факт ухода крупных платформ подчёркивает риски зависимости от иностранных технологических решений и даёт дополнительное пространство для развития локальных продуктов и услуг.
Краткий вывод
Переговоры Revolut по покупке FUPS — это не столько эмоциональное, сколько прагматичное изменение географии роста. Для Украины это не только потеря клиентов, но и возможность: вакуум может ускорить развитие национальных fintech‑игроков и инноваций в банковском секторе. Вопрос в другом — смогут ли украинские компании и регулятор воспользоваться этим окном возможностей.
Хватит ли у нас скорости и ресурсов, чтобы превратить уход международного игрока в долгосрочную выгоду для потребителей?
