Понедельник, 12 мая 2026 года. Делси Родригес стоит перед судьями Международного суда ООН в Гааге — на финальных слушаниях по делу об Эссекибо, нефтеносном регионе, который Венесуэла оспаривает у Гайаны более сто лет. В этот же момент в Вашингтоне Дональд Трамп звонит на Fox News и говорит, что «серьезно рассматривает» присоединение Венесуэлы к США в качестве 51-го штата.
Совпадение по времени — не случайно. Оно раскрывает суть американской политики в отношении Каракаса после операции в январе 2026 года, во время которой армия США захватила бывшего президента Николаса Мадуро и доставила его в Нью-Йорк для суда по обвинениям в нарко-терроризме.
Нефть как аргумент
Трамп не скрывал мотива. Как сообщает Fox News, президент назвал запасы углеводородов Венесуэлы — по оценкам, 40 трлн долларов — прямой причиной своего интереса, добавив, что венесуэльцы «любят Трампа». Параллельно Chevron уже подписала соглашение о расширении добычи в стране.
Венесуэльский прецедент — не первый в риторике Трампа об аннексии. Ранее он предлагал статус штата Канаде и неоднократно заявлял о «необходимости» получить Гренландию из соображений национальной безопасности. Но Венесуэла — это другое: страна, где армия США уже провела силовую операцию и где американские компании сейчас привлекаются к добыче нефти.
«Мы — не колония»
Родригес ответила прямо, находясь перед журналистами в Гааге:
«Этого никогда не было предусмотрено и никогда не будет предусмотрено, потому что если у нас, венесуэльцев, что-то есть — это любовь к нашему процессу независимости, любовь к нашим героям и героиням».
Делси Родригес, и.о. президента Венесуэлы — AFP
«Мы продолжим защищать нашу целостность, суверенитет, независимость, нашу историю», — добавила она, подчеркнув: Венесуэла — «свободная страна, а не колония».
Конституционная стена
Юридическая реальность холоднее заголовков. Согласно статье IV Конституции США, принять новый штат в Союз может только Конгресс — и только с согласия самого государства-кандидата. То есть даже если бы Трамп хотел это сделать, никакого исполнительного механизма для этого не существует. Более того: чавистские радикалы внутри Венесуэлы уже обвинили Родригес в «предательстве» за открытие нефтяного рынка для американских компаний — и это еще до каких-либо разговоров об аннексии.
Гаага: суверенитет одновременно на двух фронтах
Появление Родригес в Международном суде ООН имело собственный вес, не связанный с Трампом. Венесуэла претендует на Эссекибо — регион, составляющий более 70% территории Гайаны и содержащий значительные запасы нефти. Гайана подала иск в МС ООН в 2018 году с требованием подтвердить действительность арбитражного решения 1899 года. В мае 2025 суд уже обязал Венесуэлу не проводить выборы на спорной территории — Каракас это игнорировал. Решение по существу дела ожидается в течение нескольких месяцев.
То есть в один день Родригес защищала венесуэльские претензии на чужую землю в Гааге — и отбивала американские претензии на венесуэльскую землю в Вашингтоне.
Если МС ООН подтвердит границу 1899 года и Вашингтон усилит давление относительно контроля над нефтью, Родригес окажется перед двумя вариантами: легитимизировать американское присутствие ради стабилизации экономики — или перейти к открытой конфронтации, рискуя потерять и нефтяные доходы, и поддержку внутри страны.
