Через Ормузский пролив проходит не только треть мирового морского нефтяного экспорта — под его дном лежат семь подводных волоконно-оптических кабелей, по которым ежедневно движется более $10 трлн финансовых транзакций и около 20% глобального интернет-трафика. Тегеран решил, что настало время за это платить.
Три шага к «легальному обогащению»
Агентство Tasnim, которое считается официальным рупором Корпуса стражей исламской революции (КСИР), опубликовало материал «Три практических шага для получения доходов от интернет-кабелей Ормузского пролива». Параллельно Fars, еще одно издание, связанное с КСИР, описало Иран как «правителя скрытого шоссе» региона.
Предложенная схема состоит из трёх элементов:
- Первоначальные лицензионные сборы для всех иностранных компаний, чьи кабели проходят через пролив;
- Ежегодные «платежи за защиту» от технологических гигантов — Meta, Amazon, Microsoft, Google;
- Монополия иранских компаний на обслуживание и ремонт кабелей в зоне пролива.
Fars сформулировал конечную цель откровенно: превратить контроль Ирана над Ормузом в «рычаг цифровой силы».
Правовая конструкция с дырой
Юридическую основу Tasnim строит на Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS): агентство ссылается на статью 34, утверждая, что право транзитного прохода судов не отменяет суверенные права Ирана на морское дно.
«Риск намеренного перерезания подводных кабелей существовал всегда, но открытая угроза со стороны государства, такая как Иран, придает проблеме новой срочности».
Işık Mater, директор исследовательского направления лондонского центра NetBlocks
Проблема в том, что в самом узком месте пролива территориальные воды Ирана и Омана полностью перекрываются — то есть кабели физически лежат на дне, которое обе страны считают своим. Но главная юридическая уязвимость иная: Иран подписал UNCLOS, однако так и не ратифицировал её. Конвенция, на которую он опирается, для него формально не является обязательной. Кроме того, эксперты указывают, что Tasnim игнорирует статью 58 той же UNCLOS, которая прямо защищает право прокладки и обслуживания подводных кабелей.
Контекст: не первая попытка монетизировать пролив
Ормузский пролив — уже устоявшийся инструмент иранского давления в переговорах о санкциях и ядерном досье. Угрозы перекрыть нефтяной транзит звучат с 1980-х годов. На этот раз КСИР предлагает ту же логику, но применённую к цифровой инфраструктуре: не физическое блокирование, а бюрократическо-финансовый контроль, который сложнее квалифицировать как акт агрессии и сложнее оспорить в международных инстанциях.
Показательно, что публикации появились на фоне сообщений о паузе в операции «Project Freedom» — американской инициативе по защите судов в Персидском заливе — из-за прогресса в переговорах между Вашингтоном и Тегераном по ядерной сделке.
Что дальше
Пока речь идет о публикациях аффилированных с КСИР медиа, а не об официальном правительственном указе или законопроекте. Но тот же механизм — сначала медийный зонд, потом нормативный акт — Иран использовал и при введении требований к иностранным судам в проливе. Если ядерные переговоры зайдут в тупик, цифровые претензии на Ормуз почти наверняка станут частью официального торга: вопрос в том, успеют ли Google, Meta и Microsoft выработать общую позицию к тому моменту, когда Тегеран перейдёт от статей в Tasnim к реальным требованиям.
