До 28 февраля 2026 года аналитики ожидали обычного года для нефтяного рынка: умеренный рост спроса, стабильные поставки из Персидского залива. Затем США начали военные действия против Ирана — и цифры изменились кардинально.
Что произошло с прогнозами
Управление энергетической информации США (EIA) пересмотрело свой прогноз трижды за несколько недель. В феврале ожидалось увеличение спроса на 1,2 млн баррелей в день. После начала конфликта — 0,6 млн. В майском прогнозе — уже только 200 тыс. баррелей в день. Это сокращение прогноза в шесть раз за два месяца.
Международное энергетическое агентство пошло еще дальше: по прогнозу МЭА, спрос на нефть сократится на 80 тыс. баррелей в день в 2026 году — на 730 тыс. меньше, чем ожидалось месяц назад, а падение во втором квартале станет самым резким со времен COVID-19.
Суть проблемы — 54 километра
Глобальные поставки нефти упали на 10,1 млн баррелей в день до 97 млн в марте из-за атак на энергетическую инфраструктуру и ограничения движения танкеров через Ормузский пролив — самый крупный сбой в истории нефтяного рынка.
Закрытие пролива нарушило около 20% мировых поставок нефти и значительные объемы сжиженного природного газа. Сравните масштаб: через Ормуз проходило более 20 млн баррелей в день — в начале апреля этот показатель упал до 3,8 млн баррелей в день.
«Восстановление потоков через Ормузский пролив остается единственной наиболее важной переменной для снижения давления на энергоснабжение, цены и мировую экономику».
— Международное энергетическое агентство, апрель 2026
Цены бьют рекорды, спрос рушится
Цена нефти Brent достигала $138 за баррель 7 апреля и в среднем составляла $117 в апреле — самый высокий уровень со времени июня 2022 года после вторжения России в Украину. Именно высокая цена является механизмом, который «убивает» спрос: правительства и компании сокращают потребление в ответ на рекордные цены.
МЭА фиксирует, что наиболее глубокие сокращения потребления первоначально произошли на Ближнем Востоке и в Азиатско-Тихоокеанском регионе — прежде всего нефтехимическое сырье, сжиженный нефтяной газ и авиационное топливо. Но агентство предупреждает: разрушение спроса будет распространяться по мере того, как дефицит и высокие цены сохраняться.
Альтернативные маршруты не спасают
Саудовская Аравия и ОАЭ имеют трубопроводы в обход Ормуза, но их суммарная пропускная способность — от 3,5 до 5,5 млн баррелей в день — критически меньше довоенного транзита. Другие страны — Иран, Ирак, Кувейт, Катар и Бахрейн — полностью зависят от пролива для большинства своих нефтяных экспортов.
Почти 3 млн баррелей нефтеперерабатывающих мощностей в регионе остановлено из-за атак и отсутствия возможностей для экспорта. Даже рафинерии за пределами региона сокращают производство из-за опасений по поводу доступности сырья.
Что дальше
EIA ожидает, что пролив останется фактически закрытым до конца мая, а полное восстановление довоенных объемов производства и торговли займет до конца 2026 года или начала 2027 года.
МЭА строит свой базовый сценарий на предположении восстановления поставок к середине года — но прямо указывает, что этот сценарий может оказаться слишком оптимистичным. Агентство разработало альтернативный прогноз на случай длительного конфликта.
Если пролив не откроется до августа, а цена Brent останется выше $110, — сможет ли Азия, которая зависит от Персидского залива больше всех, диверсифицировать поставки до следующей зимы, или же 2026 год повторит энергетический шок 2022 года, но с большим географическим охватом?
