Заместительница руководителя Офиса президента Ирина Мудрая назвала цифру, которая уже стала рефреном официального Киева: убытки от российской агрессии с 2014 года превышают $1 трлн. Но важнее не сама сумма, а ответ на вопрос — кто, когда и по какому механизму её выплатит.
Что уже есть: реестр, конвенция, ратификация
Международный компенсационный механизм строится поэтапно. Реестр убытков в Гааге начал работу ещё в апреле 2024 года — туда уже подано более 150 тысяч заявок от пострадавших, а общее ожидаемое количество — от 6 до 10 миллионов.
Следующий шаг — Международная компенсационная комиссия. Конвенцию о её создании подписали 16 декабря 2025 года в Гааге: 35 государств и Европейский союз. Верховная Рада ратифицировала документ 30 апреля 2026 года.
«Реалистично нам потребуется ещё около года на ратификации, и в середине или в третьем квартале 2027 года точно будет 25 ратификаций»
Ирина Мудрая, заместительница руководителя Офиса президента, Евроинтеграция
Именно 25 ратификаций — юридический порог для вступления конвенции в силу. После этого комиссия будет иметь три месяца на запуск. То есть реалистичный горизонт — конец 2027-го или начало 2028 года.
Где деньги: $300 млрд под вопросом
Оценка убытков в $1 трлн — это сумма требований. Реальное покрытие значительно меньше. Всемирный банк оценивает подтвержденные убытки от полномасштабного вторжения в $667 млрд. Основной источник, на который рассчитывает Киев, — замороженные активы Центробанка РФ примерно на $300 млрд, преимущественно в Европейском союзе.
Но здесь есть прямое юридическое ограничение: на данный момент эти средства не конфискованы, а лишь заморожены. Доходы от них частично идут Украине через механизм ERA, но доступа к основному телу активов нет. Как признала сама Мудрая:
«На данный момент политической воли для получения доступа ко всей сумме российских активов нет»
Ирина Мудрая, УНІАН
При этом она отметила, что Украина «имеет большие надежды надавить на вопрос замороженных активов» и передать их в компенсационный фонд как «быстрый, законный источник» для выплат.
Практический аспект: что это означает для пострадавших
Для граждан алгоритм следующий: подать заявку в Реестр убытков (сейчас открыто 13 категорий, скоро откроются новые), дождаться, пока комиссия оценит требование, и получить решение о сумме. Но решение — это ещё не деньги: выплата зависит от наполнения компенсационного фонда, который пока не существует.
Мудрая подчеркнула, что Украина «не допустит», чтобы решения комиссии остались на бумаге. Однако механизм принудительного исполнения отсутствует: Россия может игнорировать любые международные решения так же, как она игнорирует решения ЕСПЧ уже более 10 лет.
Почему это не просто цифры
$1 трлн — это не только разрушенные дома. По словам Мудрой, в сумму включены экологические убытки, потерянный бизнес, деградация энергетики и человеческий капитал — то есть категории, которые трудно оценить и ещё труднее доказать в международном суде. Методология подсчёта до сих пор не стандартизирована, что даёт России возможность оспаривать каждую цифру.
Если к концу 2027 года 25 государств ратифицируют конвенцию и комиссия действительно начнёт работу — следующий ключевой тест: сумеет ли Украина и партнёры превратить замороженные $300 млрд из «потенциального источника» в реальный компенсационный фонд, не ожидая формального мира с Россией.
