Для украинского бюджета это не абстрактная цифра из пресс-релиза Брюсселя — это деньги, которые уже потрачены на оружие, а теперь кто-то должен за них расплатиться. И этим "кто-то" впервые официально становится не налогоплательщик в Киеве или Берлине, а сама Россия.
Европейская комиссия объявила о пятом транше чрезмерных доходов от замороженных активов центрального банка РФ — 1,4 млрд евро, накопленные за первое полугодие 2026 года. Это проценты на денежные остатки, которые хранятся в центральных депозитариях ценных бумаг, а не сами активы. С момента замораживания такие чрезмерные доходы принесли уже 8 млрд евро.
Президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен сформулировала логику прямо:
"Россия должна заплатить за разрушения, которые она причинила. И мы используем доходы от замороженных российских активов, чтобы обеспечить это."
Куда пойдут деньги и почему это важно для бюджета
95% средств направят через Механизм сотрудничества по кредитам Украине (ULCM) — он покрывает погашение кредита макрофинансовой помощи ЕС за 2025 год и займов G7 в рамках инициативы ERA объемом 45 млрд евро. Еще 5% пойдет через Европейский фонд мира. Простыми словами: Украина получила эти кредиты раньше и должна была их возвращать, а теперь возвращает их Россия — через доход с собственных замороженных денег. Премьер-министр Сергей Коретский заявил, что транш пойдет на усиление обороны.
Почему это не "300 миллиардов на восстановление"
Здесь важно не смешивать два разных разговора. Заморожено около 300 млрд долларов активов российского центрального банка, большинство — в Европе. Дискуссия о том, можно ли забрать сами эти деньги (а не только проценты с них) на репарационный кредит для Украины, в ЕС и G7 длится годами и до сих пор не решена — юридические и политические риски для еврозоны там несравнимо выше, чем в случае с процентами.
Насколько хрупкой является даже нынешняя, осторожная схема, показывает иск депозитария Euroclear — именно там хранится основная часть замороженных активов РФ.
- В конце июня Euroclear подал иск против центрального банка России, добиваясь в бельгийском суде решения, которое заблокирует исполнение постановления российского суда. Этим решением Euroclear обязали выплатить более 220 млрд евро компенсации за замораживание активов страны-агрессора.
То есть пока Брюссель отчитывается о очередном трансше в миллиард с хвостиком, в Бельгии идет отдельная юридическая битва за то, не придется ли самому депозитарию платить Москве. Это как раз та реальная уязвимость всей конструкции, которую редко упоминают рядом с громкими цифрами.
Если суд в Бельгии станет на сторону Euroclear, схема с процентами продолжит работать без изменений. Если нет — вопрос о переходе от "процентов" к "телу" активов для финансирования репарационного кредита встанет с новой остротой уже этой зимой, когда ЕС будет разрабатывать бюджетную поддержку Украине на 2027 год.
