16 мая президент США Дональд Трамп собрал в своем гольф-клубе в Виргинии узкий круг: вице-президент Джей Ди Венс, государственный секретарь Марко Рубио, директор ЦРУ Джон Реткліфф и специальный посланник Стив Викофф. Повестка дня — что делать с Ираном дальше. По данным CNN со ссылкой на источники, осведомленные о переговорах, следующая встреча на эту тему запланирована уже на начало недели.
Что на столе
Пентагон подготовил несколько вариантов военных действий на случай, если Трамп решит возобновить удары. Среди целей, по данным CNN, — объекты энергетики и инфраструктуры Ирана. Это качественно иной тип давления по сравнению с июнем 2025 года, когда семь бомбардировщиков B-2 сбросили 14 бомб-«бункерных разрушителей» GBU-57 на Фордо, Натанз и Исфахан в рамках операции «Midnight Hammer».
Тогда, как впоследствии сообщило NBC со ссылкой на пять действующих и бывших чиновников, значительный ущерб понес только Фордо — и то отброшен примерно на два года. Натанз и Исфахан частично уцелели: бункерные бомбы не добрались до всех подземных уровней. Белый дом это отрицал.
«Ядерные объекты Ирана в Фордо, Исфахане и Натанзе полностью и совершенно уничтожены».
Пресс-секретарь Пентагона Шон Парнелл — в ответ на доклад NBC
Почему переговоры зашли в тупик
С апреля 2025 года США и Иран провели четыре раунда переговоров при посредничестве Омана. Камень преткновения — обогащение урана. Вашингтон через Викоффа требует полного демонтажа трех ядерных объектов и передачи всего обогащенного урана. Тегеран предложил десятилетнюю паузу на обогащение с последующим ограниченным возобновлением — США отклонили.
Параллельно Иран держит закрытым Ормузский пролив, через который проходит около 20% мировой торговли нефтью. Именно это, по данным CNN, раздражает Трампа больше всего — из-за прямого воздействия на мировые цены на нефть и на его собственный экономический нарратив.
18 мая Трамп в интервью Axios сформулировал свою позицию коротко:
«Время истекает. Им лучше действовать быстро, иначе от них ничего не останется».
Дональд Трамп — Axios, 18 мая 2025
Чего нет в публичном поле
С иранской стороны, по тем же источникам CNN, нет никаких сигналов готовности поступиться. Спикер иранского парламента Мохаммад Багер Галибаф заявил, что единственный вариант — это признание «прав иранского народа», закрепленных в предложении о перемирии. Тегеран также, по сообщениям СМИ, наращивает ракетную инфраструктуру вдоль Ормузского пролива и, согласно некоторым данным, эвакуировал часть ядерных материалов еще до июньских ударов.
- 50 000+ американских военных остаются в регионе после перемирия
- Два авианосца — USS Abraham Lincoln движется на Ближний Восток, но еще не прибыл
- Запасы перехватчиков истощены операциями в Йемене, Иране и поддержкой Украины и Тайваня
Отставной вице-адмирал Роберт Гарворд, бывший заместитель командующего CENTCOM, отметил в комментарии The Hill, что отсутствие полного флота в регионе «ограничивает ударный потенциал», но не уничтожает его: «В мешке еще есть немало боевой мощи».
Логика давления
Удары по энергетике и инфраструктуре — это не продолжение «Midnight Hammer», а иной инструмент: не уничтожение ядерной программы, а экономическое и социальное давление изнутри. Саудовская Аравия, по сообщениям СМИ, уже предлагает союзникам идею пакта о ненападении между странами региона и Ираном — что свидетельствует: дипломатическое окно еще не закрыто.
Если следующий раунд переговоров не даст даже рамочного соглашения — осмелится ли Трамп на удары по инфраструктуре, зная, что это окончательно закроет Ормузский пролив и ударит по тем самым ценам на нефть, которыми он оправдывает свое давление?
