Что произошло
17 февраля Киевский апелляционный суд уменьшил залог для бывшего судьи Алексея Тандира — с около 120 млн грн до 20 млн грн. Об этом из зала суда сообщила корреспондентка «Бабеля». Если сумма будет внесена, Тандир может выйти из СИЗО; он находится под стражей с 2023 года по делу о смертельном ДТП на блокпосту.
"ЕСПЧ признал, что содержание бывшего должностного лица в СИЗО почти три года нарушает конвенцию о защите прав человека."
— адвокаты защиты, из зала суда
Защита также настаивала, что ЕСПЧ не усматривает доказательств риска побега или давления на свидетелей в случае освобождения. Прокурор, напротив, аргументировал необходимость содержания под стражей ссылкой на риски: возможный побег, давление на свидетелей и искажение доказательств.
"Прокурор отметил имеющиеся риски побега, давления на свидетелей и искажения доказательств."
— позиция стороны обвинения, из зала суда
Предыстория
26 мая 2023 года Тандир, тогда председатель Макаровского районного суда, на блокпосту в Киеве сбил насмерть 23‑летнего бойца Нацгвардии Вадима Бондаренко. В суде были отобраны биологические образцы: ГБР сообщало о состоянии опьянения Тандира и попытках исказить образцы. В августе 2024 года Высший совет правосудия уволил его с должности судьи.
28 января суд уже избирал альтернативный залог в размере примерно 119 млн грн, а сам подозреваемый заявлял, что не имеет таких средств.
Почему это важно
Это решение объединяет две большие темы, которые интересуют каждого гражданина: ответственность должностных лиц и гарантии прав человека в правовой процедуре. Юристы и правозащитники обращают внимание, что решения ЕСПЧ часто заставляют национальные суды искать баланс между процессуальными гарантиями и общественным требованием справедливости.
Для семьи погибшего и общественного доверия важно, чтобы процесс не превратился в затягивание, а система смогла обеспечить и уголовное расследование, и реальный контроль за исполнением решений суда — независимо от статуса подозреваемого.
Что будет дальше
Теперь ключевой вопрос — смогут ли стороны согласовать дополнительные превентивные меры (мониторинг, залоговая операция, запрет покидать место проживания) и подаст ли прокуратура апелляцию или будет ходатайствовать о других ограничениях. Это тест для системы: хватит ли у неё ресурсов защитить права потерпевших и выполнить требования ЕСПЧ одновременно.
Пока решение апелляционного суда решает юридическую составляющую, но не снимает политическую и моральную дилемму: как государство будет гарантировать, что влиятельные должностные лица не будут чувствовать себя вне ответственности?
