Бородянка уже хоронила своих — в 2022 году город стал символом российских зверств. Теперь она хоронит тех, кто ушёл воевать после.
30 марта в Бородянке прощаются с Татьяной Косян — санитарным инструктором медицинского пункта механизированного батальона. Ей было 35 лет.
Она подписала контракт 26 февраля 2025 года. Погибла 23 марта во время боевого задания — за 25 дней до этого прощания. Между контрактом и смертью — меньше месяца.
Санитарный инструктор — это человек, который выносит раненых под огнём. Не «где‑то в тылу», не «на поддержке». Это работа под пулями, с чужой кровью на руках, с чужой болью как единственным ориентиром. Бородянский поссовет написал стандартно: «мужественно выполняла свой долг, спасая жизни побратимов». За этой формулировкой — конкретное физическое действие в конкретную секунду, которое стоило ей жизни.
В 11:30 в Бородянке выстроится живой коридор от квартала «Круг» до Центральной, 237. В 12:00 — отпевание. Похоронят на старом кладбище.
Косян пришла добровольно — не по мобилизации, а по контракту. Это важно, потому что означает: она выбирала. И выбрала медицину под огнём вместо гражданской жизни.
Сколько таких женщин — с контрактом, с медицинской сумкой, с конкретным батальоном — сейчас делают то же самое, что делала она до 23 марта? Украинская армия не публикует полных данных о женщинах-медиках в боевых подразделениях. Но каждая новая Бородянка напоминает: эта статистика — не абстракция.
Вопрос, который остаётся после каждого такого некролога: когда государство наконец начнёт публично считать женщин в боевых ролях — не как исключение, а как системную часть армии, с соответствующей социальной защитой и признанием?
