4 апреля пять министров финансов ЕС направили в Европейскую комиссию совместное письмо: введите налог на сверхприбыли энергетических компаний. Поводом стало резкое подорожание топлива — спровоцированное эскалацией на Ближнем Востоке и закрытием Ормузского пролива, которое аналитики Citi Research описывают как один из самых острых торговых шоков для еврозоны за последние годы.
Тот же инструмент, другой кризис
Это предложение — не новое. В октябре 2022 года, после вторжения России и скачка цен на газ, Совет ЕС уже ввел обязательный «взнос солидарности» для нефтегазовых компаний. Европейская комиссия тогда прогнозировала, что механизм принесет до €25 млрд. По данным отчета Европейской комиссии 2025 года, фактически было собрано €26,15 млрд — цифра формально выше плана, но с поразительными диспропорциями между странами.
Важнее другое: сам отчет Европейской комиссии рекомендовал свернуть эти меры — из‑за «существенной инвестиционной неопределенности», вызванной разными подходами к внедрению в разных государствах‑членах. Исследование Европарламента добавило: в прошлом налоги на сверхприбыли (windfall taxes) негативно влияли на инвестиции в энергетический сектор.
«Те, кто получает прибыль от последствий войны, должен взять на себя часть бремени, которое несет общество».
Из письма министров финансов Германии, Италии, Испании, Португалии и Австрии в Европейскую комиссию, как сообщает Reuters
Почему не все 27
Пять подписантов — это меньше четверти членов ЕС. Ставки в разных странах диаметрально различались: в 2022–2023 годах диапазон варьировался от минимальных 33% до 75% в Ирландии. Некоторые государства — Испания, Венгрия, Чехия, Литва, Словакия — вообще распространили логику налогов на сверхприбыли на банковский сектор и продлили действие механизмов до 2025–2027 годов, несмотря на то, что энергетические сверхприбыли уже исчезли вместе с ценами.
То есть часть ЕС до сих пор живет в логике 2022 года, другая часть пытается из нее выйти — а новый кризис снова раскалывает блок.
Что в письме и чего в нем нет
Министры призывают Европейскую комиссию «оперативно разработать» механизм взноса. Но в письме нет ни конкретной ставки, ни определения налоговой базы, ни срока действия. Именно размытость этих параметров стала главной причиной провала механизма 2022 года — о чем отчет Европейской комиссии прямо написал в 2025‑м.
- Прецедент 2022 года: 16 из 27 стран применили «взнос солидарности», еще 8 — собственные аналоги. Унификации фактически не было.
- Новая инициатива: письмо без цифр и без механизма контроля — пока что это лишь политический сигнал, а не законодательное предложение.
- Контекст рынка: цены на газ в ЕС выросли примерно на 70% на фоне эскалации на Ближнем Востоке — но не достигли пиков 2022 года.
Европейская комиссия официально не отреагировала на письмо. Если она все же разработает предложение без четкого определения «сверхприбыли» и единой ставки — будет ли этот инструмент эффективнее предыдущего, который сам же брюссельский аппарат признал проблемным?
