Тендерные махинации в Украине — не только административный грех. При определенных условиях чиновник или предприниматель может получить реальный срок. Но между нормой в законе и приговором в зале суда — дистанция, которую цифры описывают лучше деклараций.
Кто под ударом чаще всего
Юрист ЮК «Приходько и партнеры» Мирослава Драч объясняет: конкретная квалификация зависит от способа нарушения, круга лиц и размера убытков. На практике, как фиксирует аналитическая платформа DOZORRO, под уголовную ответственность чаще всего попадает именно руководитель заказчика — тот, кто подписал документы и объявил тендер.
Какая статья — какое наказание
Правоохранители работают преимущественно с двумя статьями УК:
- Статья 191 — завладение или присвоение государственного имущества путем злоупотребления служебным положением. Наказание — от 5 до 8 лет лишения свободы, а при «тяжких последствиях» — до 12 лет с конфискацией имущества.
- Статья 364 — злоупотребление властью или служебным положением. Верховный Суд в постановлении от 10 февраля 2025 года уточнил: для состава преступления достаточно осознанного злоупотребления, даже без предварительного сговора с выгодоприобретателем — но только если чиновник понимал, что третье лицо незаконно получает выгоду.
Порог «существенного вреда», после которого включается уголовка, — 151 400 грн в 2024 году (100 необложенных минимумов). «Тяжкие последствия» — от 378 500 грн (250 минимумов).
Статистика: производства растут, приговоры — значительно медленнее
По данным DOZORRO, количество уголовных производств в закупках выросло с 343 в 2021 году до 779 в 2023-м. В суд ежегодно передают примерно 180 дел — то есть менее каждого четвертого завершает досудебное расследование. Только в 2024 году по обращениям команды DOZORRO открыто 22 новых производства.
«Главным для состава преступления по статье 364 УК является осознанное совершение злоупотребления служебным положением»
Постановление Верховного Суда от 10.02.2025, дело № 757/11969/18-к
Где система дает сбой
Проблема не в санкциях — они жесткие. Проблема в том, что между регистрацией в ЕГРР и реальным приговором — годы. Досудебное расследование, передача в суд, судебное разбирательство — каждый этап может длиться годами, особенно в условиях военного положения, когда суды перегружены. Административно-хозяйственные санкции — штрафы, запрет участия в тендерах — применяются быстрее, но не несут сдерживающего эффекта для схем с миллионными оборотами.
Если государство не сократит среднее время от открытия производства до приговора — изменится ли что-то от того, что на бумаге закон предусматривает 12 лет?
