С мая по октябрь 2024 года одесский бизнесмен, основатель Kadorr Group Аднан Киван лечился в частной клинике Odrex. 28 октября он скончался. По заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы, смерть была условно предотвратимой.
Что, по версии следствия, пошло не так
После операции хирург Odrex Виталий Русаков и онколог Марина Белоцерковская, по материалам дела, не назначили пациенту необходимую антибактериальную терапию и не среагировали надлежащим образом на признаки осложнений. У Кивана развился сепсис, который на фоне онкологического процесса привел к смерти. Следствие установило прямую причинно-следственную связь между бездеятельностью врачей и гибелью пациента.
Кроме отсутствия антибиотикотерапии, по данным РБК-Украина, врачи провели ряд процедур, которые в то время были пациенту противопоказаны.
Обоим медикам объявлено подозрение по ч. 1 ст. 140 УК Украины — ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медицинским работником, повлекшее тяжкие последствия. Дело рассматривает Приморский районный суд Одессы под председательством судьи Ларисы Переверзевой.
Процессуальный марафон вместо медицинской экспертизы
Ключевой момент дела — исследование медицинских доказательств и заслушивание независимого эксперта-онколога — так и не произошел. Каждый раз, когда суд должен был перейти к этому этапу, защита Русакова подавала новое ходатайство.
На заседании 5 мая 2025 года адвокат обвиняемого хирурга заявил ходатайство о передаче дела в другой суд — аргументируя тем, что один из представителей потерпевшей стороны в 2016–2020 годах работал в Приморском районном суде. Позже защита заявила отвод судье Переверзевой. На другом заседании новый адвокат Русакова снова заявил отвод той же судье.
«Обвинение является вымышленным и основано на неправдивой судебной экспертизе»
— Виталий Русаков в соцсетях
Параллельно Русаков ведет видеоблог, где публично комментирует медицинские детали лечения умершего пациента. Адвокаты потерпевшей стороны считают это возможным нарушением врачебной тайны и конституционного права на приватность.
«Медицинский апокалипсис» как защитная риторика
В последние месяцы Русаков добавил к своей публичной коммуникации новый аргумент: обвинительный приговор ему якобы спровоцирует коллапс всей медицинской отрасли Украины. Логика — если врача осудят за смерть пациента с терминальной онкологией, под следствие можно будет поставить любого медика.
Этот аргумент не является полностью безосновательным в медицинской дискуссии — специалисты действительно указывают на сложность разграничения служебной небрежности и объективно неотвратимого летального исхода при тяжелой онкологии. Однако в конкретном уголовном производстве он нерелевантен: следствие утверждает, что зафиксировало конкретные нарушения протоколов с конкретными последствиями, а не общую дискуссию о границах ответственности врача.
Почему сроки важнее риторики
Ч. 1 ст. 140 УК Украины — преступление небольшой тяжести. Срок давности по нему составляет три года. Подозрение Русакову объявлено осенью 2024 года; если суд не успеет вынести приговор, вступивший в законную силу, до истечения этого срока — производство может быть закрыто независимо от содержания доказательств и выводов экспертов.
Это означает, что каждое отложенное заседание, каждый отвод судье, каждое ходатайство об изменении подсудности — это не просто процессуальный шум, а реальное сокращение временного окна, в котором возможен приговор. Офис генерального прокурора уже обратился в МОЗ с требованием проверить клинику Odrex и рассмотреть вопрос лишения лицензии.
Если суд не установит жесткий график заседаний и не прекратит практику принятия необоснованных процессуальных ходатайств — семья Кивана может так и не получить юридического ответа на главный вопрос: стала ли бездеятельность врачей причиной смерти бизнесмена или нет.
