«Ничто не вечно — ни власть в Венгрии, ни та ситуация, которая сложилась сейчас», — сказал руководитель Офиса президента Кирилл Буданов на встрече в CEO Club Ukraine. Это звучит как дипломатический эвфемизм, но за ним — вполне конкретная электоральная арифметика.
Что происходит в Венгрии
Парламентские выборы запланированы на 12 апреля 2026 года. Оппозиционная партия «Тиса» Петра Мадяра, по данным исследовательского центра Median для издания HVG, опережает правящую «Фидес» на 20 процентных пунктов среди тех, кто определился с выбором. Такой отрыв потенциально дает «Тисе» конституционное большинство — то есть возможность переписать правила игры без коалиционных торгов.
«Ставки этих выборов выходят далеко за пределы самой Венгрии».
Bloomberg
За 16 лет у власти Орбан заблокировал кредит ЕС для Украины на €90 млрд, вместе со Словакией приостановил поставки электроэнергии и поддержку 20-го пакета санкций против России. Однако антиукраинская риторика не остановила падение его рейтингов — она его ускорила.
Мадяр — не автоматическая перезагрузка
Здесь есть важный нюанс, который Буданов в своем оптимизме мог не проговорить вслух. Мадяр не является пророссийским кандидатом в классическом понимании: он выступал против ускоренного вступления Украины в ЕС, отвергал поставки оружия Киеву и заявлял о возможном референдуме по евроинтеграции — что могло бы окончательно заблокировать этот процесс. Его партия «Тиса» голосовала против кредита ЕС Украине на €90 млрд в Европейском парламенте.
В то же время половина венгров считает Украину опасной для Венгрии, 64% выступают против вступления Украины в ЕС, а 74% — против финансовой помощи Киеву. Мадяр — продукт этого общества, а не его исключение.
Словакия: иная логика, похожий результат
Буданов отдельно остановился на Словакии: реактивная, но не безнадежная. В начале полномасштабного вторжения именно Словакия приняла наибольшую долю украинских беженцев относительно собственного населения и остается партнёром в ряде двусторонних проектов. Фицо воспроизводит орбановскую модель — угрозы, шантаж транзитом, блокирование санкций — но с меньшей системностью и большей зависимостью от конъюнктуры.
Принципиальная разница между двумя странами: Орбан выстраивал свою антиукраинскую позицию годами и институционально, Фицо — ситуативно реагирует на внутренний популизм. Это означает, что Словакия теоретически «мягче» для разворота — но и менее предсказуема.
Если «Тиса» получит конституционное большинство и Мадяр все же начнет ревизию венгерской внешней политики, ключевой вопрос не в том, снимет ли он блокирование Украины в ЕС — а в том, изменится ли венгерское общество достаточно быстро, чтобы позволить ему это сделать без электоральной расплаты.
