Пятничный пакет санкций Министерства финансов США — не разовый удар, а часть арифметики давления. С февраля 2025 года OFAC ввел ограничения против более 1 000 иранских лиц, судов и самолетов. На этой неделе добавились еще три измерения: китайский НПЗ, 40 судов «теневого флота» и замороженный криптокошелек на $344 млн.
Второй по размеру «чайник» — и наиболее ценный клиент Тегерана
Hengli Petrochemical в Даляне — это не мелкий игрок. Мощность переработки составляет около 400 000 баррелей в сутки, что делает его одним из крупнейших независимых НПЗ Китая. Таких предприятий в стране десятки — по размеру они меньше государственных гигантов, но именно они скупают иранскую нефть, которую крупные компании избегают из-за риска вторичных санкций.
Казначейство США утверждает, что по меньшей мере с 2023 года Hengli получал иранскую сырую нефть, поставляемую Sepehr Energy — коммерческим крылом Генерального штаба Вооруженных сил Ирана. По официальным данным Вашингтона, это сотни миллионов долларов дохода непосредственно для иранских военных.
«Независимые нефтеперерабатывающие заводы Китая продолжают играть ключевую роль в поддержке иранской нефтяной экономики»
— Министерство финансов США, официальное заявление OFAC
По данным группы United Against Nuclear Iran, Hengli — лишь один из десятков китайских покупателей иранской нефти. Китай в целом импортирует от 80 до 90% всего иранского нефтяного экспорта, причем грузы часто прибывают с поддельным происхождением — задекларированные как малайзийская или иракская нефть.
Флот без флага — и без юрисдикции
«Теневой флот» — это не метафора. OFAC отдельно санкционировал 19 танкеров, ответственных за перевозку иранской сырой нефти, сжиженного нефтяного газа и нефтехимии. Среди них — танкер BENTLEY под флагом Кука (IMO 9220914), что с конца 2025 года перевез миллионы баррелей иранского мазута.
Механика уклонения стандартна: суда часто меняют флаги реестрации, отключают трансмиттеры AIS и перегружают нефть в море — «корабль в корабль» — чтобы скрыть происхождение груза. Санкции против конкретных IMO-номеров усложняют страхование и портовый вход, но не останавливают флот полностью.
$344 млн в Tether: новая линия фронта
Наиболее неожиданный элемент пакета — заморозка криптовалютных активов. Tether, эмитент стейблкоина USDT, по запросу OFAC и американских правоохранителей заблокировал два кошелька на общую сумму $344 млн. Американские чиновники утверждают, что проследили транзакции через иранские биржи и промежуточные кошельки, связанные с Центральным банком Ирана.
Контекст важнее суммы: криптовалютные активы Ирана к концу 2025 года достигли $7,8 млрд, а приблизительно половина из них, по данным аналитической компании Chainalysis, принадлежит структурам IRGC. Замороженные $344 млн — менее 5% от этого объема, но прецедент принципиально новый: Tether впервые столь открыто выступил инструментом американской санкционной политики.
- Tether заявил, что поддержал более 2 300 дел в 65 странах
- Ранее компания заморозила $4,2 млрд USDT, связанных с криминальной деятельностью
- Аналитики предупреждают: стейблкоины остаются ключевым каналом для обхода санкций
Почему Пекин молчит — и надолго ли
Министр финансов Скотт Бессент еще 15 апреля публично предупредил: «Если вы покупаете иранскую нефть, если иранские деньги лежат в ваших банках — мы готовы применять вторичные санкции». Китайская сторона пока официально не отреагировала на санкции против Hengli. Это не новая позиция: Пекин систематически отрицает американские ограничения, но крупные китайские банки и компании де-факто их учитывают, чтобы не потерять доступ к доллару.
Независимые «чайники» — другая категория. Они менее уязвимы для долларовой системы, реже имеют активы на Западе и более склонны к риску. Вопрос не в том, подчинится ли Hengli — вопрос в том, есть ли у Вашингтона реальный механизм принуждения для десятков похожих предприятий, если Пекин не захочет надавить на них сам.
Если США в ближайшие месяцы не введут санкции против китайских банков, обслуживающих сделки «чайников», — давление останется символическим: громким, но без изменения денежного потока в Тегеран.
