15 июля Комитет постоянных представителей ЕС (Coreper) не смог согласовать 21-й пакет санкций против России. Причина — возражения отдельных государств-членов. Премьер-министр Латвии Андрис Кульбергс в комментарии Reuters назвал ситуацию прямо: некоторые страны Евросоюза зарабатывают большие деньги на войне, которую ведет Москва.
«Некоторые европейские страны зарабатывают на этом большие деньги. Вопрос в том, хотите ли вы зарабатывать деньги или хотите мира? Обоих одновременно иметь нельзя».
Андрис Кульбергс, премьер-министр Латвии, Reuters
Кто тормозит и почему
По данным «Европейской правды», Кульбергс критически высказался прежде всего о Болгарии и Греции. Афины заблокировали ключевой элемент пакета — предложение заменить ценовой потолок на российскую нефть прямым запретом на транспортные услуги. Причина — греческий судоходный бизнес, который годами перевозит российские энергоносители и не хочет терять контракты.
Механизм блокирования простой: санкционный режим ЕС требует единогласного решения всех 27 государств-членов. Любое «возражение» от одной страны останавливает весь пакет. На этом правиле — а не на каких-то принципиальных разногласиях — и держится вето.
Что в пакете и что под угрозой
- Ограничения против теневого флота — примерно 1 300 танкеров, которые везут нефть в обход санкций
- Новые правила по экспорту сжиженного природного газа (СПГ)
- Расширение «черного списка» физических и юридических лиц
- Замораживание переговоров о снижении ценового потолка на нефть — решение отложили параллельно с пакетом
По словам Кульбергса, бездействие в отношении теневого флота и СПГ-торговли прямо финансирует российскую военную машину. Латвийский премьер пошел дальше риторики: он назвал вето на санкции «соучастием в гибели украинских военных и гражданских лиц».
Прецедент или система
Это уже не первый срыв. В сентябре 2025-го Венгрия и Словакия блокировали продление индивидуальных санкций, требуя исключения шести российских бизнесменов из «черного списка». В феврале 2026-го Венгрия и Словакия остановили 20-й пакет — ЕС не успел принять его до четвертой годовщины полномасштабного вторжения. Теперь — 21-й пакет, новые участники блокады.
Каждый раз дипломаты находят «компромисс» — то есть смягчают или исключают наиболее острые нормы. Вопрос в том, сколько раз можно «смягчать» санкции, прежде чем они перестанут быть санкциями.
Если Греция сохранит блокирование транспортных ограничений, греческие суда продолжат обслуживать теневой флот — и никакое заявление Кульбергса это не изменит. Осмелится ли Еврокомиссия запустить механизм обхода единогласности или ввести вторичные санкции против операторов теневого флота из стран-членов? Ответ на этот вопрос определит, есть ли у ЕС инструмент давления кроме убеждения.
