6 июня Омар Артан прилетел в Майами из Стамбула. В кармане — аккредитация ФИФА, выданное США разрешение на въезд, двадцать лет карьеры. Через 11 часов его посадили на обратный рейс.
«Правильные документы» не сработали
Артан — не просто один из 36 арбитров турнира. Он первый сомалиец в истории, отобранный на чемпионат мира. В январе 2024-го он первым из соотечественников судил матч Кубка африканских наций — Тунис против Намибии. Рожденный в 1992 году в Могадишо, он стал рефери FIFA в 2018-м, когда сомалийский футбол только выходил из десятилетий вооруженного конфликта.
Служба таможенного и пограничного контроля США (CBP) подтвердила отказ, но без какой-либо конкретики: «решено, что въезд невозможен из-за проблем с проверкой данных». Позже администрация Трампа сообщила CBS News, что основанием стала «компрометирующая информация», которая включала «связи» с подозреваемыми террористическими группировками — без деталей и без доказательств, предоставленных самому арбитру.
«Я очень, очень разочарован. Я просто судья, который пытается осуществить свою мечту — самую большую мечту моей жизни. У меня были правильные документы. У меня была правильная виза».
— Омар Артан, в интервью New York Times
Тревел-бан и «исключение» для спорта
Сомали входит в перечень 39 стран, на которые Дональд Трамп распространил ограничения на въезд еще в июне 2025 года, назвав её «убежищем для террористов». Для участников ЧМ-2026 существует формальное исключение — но, как показал случай Артана, оно не является гарантией. По схожей проблеме иранские игроки публично говорили о «напряженности» с американскими визами накануне турнира.
ФИФА отреагировала сдержанно: организация подтвердила, что Артан «не сможет судить матчи ЧМ-2026», и напомнила, что решение о допуске на территорию страны-хозяйки — исключительная прерогатива этой страны. Председатель судейского комитета ФИФА Пьерлуиджи Коллина заранее предупреждал всех отобранных арбитров о необходимости приехать на подготовительный сбор в США — без него участие в турнире невозможна.
«Это была судьба»
Вернувшись в Могадишо, Артан вышел к журналистам — и не стал обвинять. Его слова о «судьбе» и призыв к сомалийской молодежи «не терять надежду» прочитали по-разному: одни — как достоинство под давлением, другие — как вынужденную осторожность человека, который еще планирует судейскую карьеру и не хочет лишних конфликтов со страной-организатором.
«Что произошло, то произошло, и это была судьба. Я благодарен ФИФА за поддержку. Сомали принадлежит нам, хорошо или плохо».
— Омар Артан, после прибытия в Могадишо, Reuters
Реальный вопрос, который дело Артана ставит перед ФИФА: если страна-хозяйка может заблокировать аккредитованного официального лица без объяснений и без механизма апелляции — что означает «исключение» для спортсменов на последующих турнирах, которые будут проводиться в США?
