Федеральный суд в Окленде, Калифорния. Третья неделя процесса Musk v. Altman. Генеральный директор OpenAI Сэм Альтман свидетельствует почти четыре часа — и самый острый момент касается не денег, а наследства.
«Может быть, OpenAI перейдет к моим детям»
2017 год. Основатели OpenAI спорят о том, как привлечь финансирование для все более дорогостоящих исследований искусственного интеллекта. Маск настаивает на создании коммерческой структуры с полным контролем в своих руках. Кто-то из присутствующих задает простой вопрос: что произойдет с компанией, если он умрет, находясь у власти?
«Может быть, OpenAI должна перейти к моим детям».
— Илон Маск, по показаниям Альтмана в суде (TechCrunch, 12 мая 2026)
Альтман назвал это «particularly hair-raising moment» — моментом, который заставил волосы встать дыбом. Именно тогда, по его словам, стало понятно: передавать Маску контроль над организацией, призванной разрабатывать AGI в интересах всего человечества, — неприемлемо.
Что это за процесс и почему он важен
Маск подал иск в 2024 году. Его аргумент: он пожертвовал OpenAI $38 млн как некоммерческой организации, а основатели — Альтман и президент компании Грег Брокман — нарушили свои обязательства, превратив её в коммерческую структуру ради личного обогащения. По данным CNN, Маск требует возврата более $130 млрд в некоммерческое подразделение, отставки Альтмана и Брокмана и отмены реструктуризации.
Если суд удовлетворит иск — IPO OpenAI, запланированное на конец 2026 года при оценке около $1 трлн, окажется под серьезным вопросом.
Альтман: «Маск пытался уничтожить компанию»
На показаниях Альтман отверг тезис Маска о «краже благотворительной организации»:
«Мы создали один из крупнейших благотворительных фондов в мире. Этот фонд выполняет невероятную работу и будет делать ещё больше».
— Сэм Альтман, федеральный суд Окленда (TechCrunch)
По словам Альтмана, именно Маск стремился к «полному контролю» над любой коммерческой структурой OpenAI с обещанием постепенно его снижать — но основатели не верили, что это действительно произойдет. Кроме того, Альтман свидетельствовал, что Маск «демотивировал» ключевых исследователей, публично ранжируя их достижения, — и что его уход в 2018 году фактически поднял боевой дух команды. Как сообщает NPR, Альтман также заявил: «Маск пытался уничтожить компанию» — запустил конкурента xAI, пытался переманить сотрудников и, по утверждению Альтмана, прибегал к «деловому вмешательству».
Что говорит другая сторона
Адвокаты Маска сосредоточились на одном конкретном факте: некоммерческий фонд OpenAI, несмотря на активы на уровне около $200 млрд, не имел ни одного штатного сотрудника вплоть до начала 2026 года. Председатель совета директоров Брет Тейлор объяснил задержку технической сложностью конвертации акций OpenAI в живые деньги — проблему, решенную только при реструктуризации 2025 года. Маск также признался в суде, что xAI использует технику distillation на основе моделей OpenAI — что адвокаты истца пытаются использовать как доказательство недобросовестной конкуренции.
Ключевым свидетелем для обеих сторон стала Шивон Зилис — бывший член совета директоров OpenAI и мать четверых детей Маска, — которая участвовала в критических шеститедельных переговорах о структуре компании.
Хронология ключевых событий
- 2015 — Маск, Альтман и Брокман основывают OpenAI как некоммерческую организацию
- 2017 — спор о контроле; момент с «наследством для детей»
- 2018 — Маск выходит из совета директоров OpenAI, основывает xAI
- 2024 — Маск подает иск
- 2025 — реструктуризация OpenAI; фонд, наконец, получает штатных сотрудников
- Май 2026 — судебный процесс в Окленде, заключительные аргументы запланированы на четверг
Судья Ивонн Гонсалес Роджерс и совещательное жюри должны вынести решение уже на следующей неделе после заключительных речей. Если суд решит, что фидуциарные обязательства были нарушены, — вопрос о том, кто на самом деле «украл» эту организацию, перестанет быть риторическим: он будет иметь конкретную цену в $130+ млрд и конкретных ответчиков.
