Когда Дональд Трамп объявил о сделке с Ираном, дипломаты в Брюсселе открыли таблицы расходов — а не шампанское. Схема, которая возникает, проста и болезненна: США принимают решения, Европа финансирует последствия.
Пролив, который нужно разминировать
Первая статья расходов — Ормузский пролив. Французские, немецкие и британские бюджеты уже закладывают средства на морские операции в регионе. Берлин и Брюссель публично заявили о готовности отправить тральщики после завершения боевых действий. Но Борис Писториус, министр обороны Германии, не скрывает скептицизма:
«Чего ждет мир, чего ждет Дональд Трамп от двух десятков европейских фрегатов в Ормузском проливе — достичь того, что мощный американский флот не может сделать там в одиночку?»
Борис Писториус, министр обороны Германии
Техническая картина не успокаивает. Вашингтонский институт еще до конфликта подсчитал, что для разминирования пролива требуется до 16 тральщиков. В ВМС США их — семь, и, по данным Reuters, флот отказался обеспечивать эскорт в Заливе. Иран, по данным американской разведки, сохранил от 80 до 90 процентов малых судов и минных отрядов.
Газовый счет на €1100 с каждого
Вторая статья — энергетика. Брюссельский аналитический центр Bruegel предупредил: хотя только 8% импорта сжиженного газа в ЕС поступает из Катара через Ормуз, обострение конкуренции на глобальном рынке ударит по всем импортерам. В 2025 году ЕС потратил на импорт ископаемого топлива 396 миллиардов евро — около 1100 евро на каждого жителя. Новый ценовой шок повторяет механику 2022 года: деньги перетекают из европейских домохозяйств к экспортерам энергоносителей.
Ирония заключается в том, что Трамп частично «решил» проблему дорогой нефти, временно сняв санкции с российской нефти. Канцлер Олаф Шольц и президент Макрон отреагировали резко: «Ни в коем случае рост цены на нефть не должен заставить нас изменить позицию по отношению к России», — настаивал Макрон. Зеленский зафиксировал прямое: Россия получит больше денег — и больше дронов.
Бюджет поддержки Украины: очередь становится длиннее
Именно здесь замыкается круг. Брюссельские чиновники уже предостерегают правительства от чрезмерных энергетических субсидий — не из жестокости, а из арифметики. Как сообщает Pravda EU, комиссары предупреждают о «серьезных фискальных последствиях»: пандемия, война в Украине и скачок оборонных расходов после 2022 года уже исчерпали буфер. Дефицит бюджета Италии превысил 3% ВВП; министры финансов пяти стран — Германии, Испании, Италии, Португалии и Австрии — призвали ввести общеевропейский налог на сверхприбыли энергетических компаний.
Натали Точи, директор Института международных отношений Италии (IAI), формулирует системную проблему жестко: «Когда европейцы распрямляют спину — небо не падает. Когда сгибают колено — просто приглашают новые устрашения из Белого дома». Это не моральная максима — это описание финансовой логики: уступки не снижают счета.
Chatham House предлагает конкретный выход: общий инструмент финансирования обороны и поддержки Украины на 300–400 миллиардов евро — по образцу NextGenerationEU. Без такого механизма, предупреждают аналитики, Европа будет реагировать на каждый новый кризис отдельным чрезвычайным пакетом, не имея ни влияния на решения, ни стратегической глубины.
Главный вопрос
Если к осени 2025 года Франция, Германия и Польша не согласуют механизм совместного финансирования обороны и восстановления — ресурс поддержки Украины реально будет конкурировать с газовыми субсидиями и морскими операциями в Ормузе. Готова ли Европа платить по всем трем счетам одновременно, не имея права голоса при подписании ни одного из них?
